Разница: 2018-10-25 19:41:55 и 2018-11-17 14:37:15 = 0 + 22

Алтайские фермеры подводят итоги сезона

Алтайские фермеры подводят итоги сезона В Алтайском крае практически завершён обмолот зерновых и зернобобовых. Выйти на максимальные темпы работ аграриям позволила солнечная погода, которая установилась регионе после 17 сентября. Активными темпами в этот же период велась уборка технических культур. Небесная канцелярия как будто услышала молитва крестьян и пошла им навстречу. Теперь можно смело говорить, что и этот непростой сельскохозяйственный сезон алтайские крестьяне, в целом, провели достойно.

А вот над чем этот год заставляет задуматься? Каких изменений ждёт направление растениеводства? В программе «Хлебный край» телеканала КАТУНЬ 24 глава фермерского хозяйства Ребрихинского района Евгений Долгов.



- Каким был нынешний сельскохозяйственный сезон для вашего хозяйства?

Год необычный. Аномально холодная, затяжная, очень сырая весна. Сроки посева сдвинулись довольно существенно. Начало июня очень сырое и холодное. Лето тоже был не очень жарким, и к концу августа отставание по сумме положительных температур в нашем районе было около 150 градусов, 9-10 дней от среднемноголетних значений. Поэтому уборка началась как никогда поздно. Никогда не было такого, чтобы горох в сентябре убирали. Сейчас, слава богу, завершились уборочные работы, остался один подсолнечник. Сибирские крестьяне готовы к любому развитию событий, к любым погодным аномалиям, как показала практика. Иногда пожалуемся на судьбу, а работу свою делаем.

- Даже такие условия нам уже, получается, не настолько страшны, как это было бы 10 лет назад?

Десять лет назад это было бы для нас очень серьезным испытанием, потому что не было той техники, которая сейчас есть, не было того опыта, который сегодня мы приобрели.

- Этот год особенно наглядно показал, насколько важна диверсификация в сельском хозяйстве, конкретно в растениеводстве. Вы насколько давно уже были готовы к этому?

Когда мы начинали работать на земле самостоятельно, это было 1992 году, не зацикливались на одной культуре. Сначала их было две, потом стало три, потом – четыре, сейчас у нас 6–7 культур в севообороте. В этом году только гречиху мы не посеяли. Стандартный набор культур: из злаковых – пшеница и ячмень, они половину площадей занимают, вторая половина – бобовые, горох, в частности, и клин масличных культур: подсолнечник, лен и рапс.

- Почему именно такой выбор?

Эти культуры, как у нас сейчас принято говорить, высокомаржинальные. Хотя обо всех масличных так сказать нельзя. Цена на подсолнечник сейчас очень серьезно падает, но, тем не менее, он дает стабильный доход из года в год. Без злаковых культур сибирский крестьянин быть не может. Для севооборота, для оздоровления земли нужны и пшеница, и ячмень, и овес.

- То есть в основном наши фермеры понимают, что севооборот – это очень важная вещь, увлекаться какими-то одной-двумя культурами…

Это чревато. Во главе угла должна стоять не экономика, а агрономия. Если пойдёшь вопреки науке, вопреки природе, то экономику за счет этого не поправишь точно.

- Алтайский край – единственная территория за Уралом, где выращивают сахарную свеклу. Рядом такой огромный рынок потребления. Следовательно, есть все условия для производства сахара. Насколько алтайские свекловоды чувствуют такую перспективу?

Алтайские свекловоды на данный момент перспективы не чувствуют вообще. В двух словах попытаюсь объяснить. Да, огромный рынок сбыта, 28 млн человек проживает за Уралом, один-единственный сахарный завод Черемновский, единственная территория за Уралом, где производится сахарная свекла в промышленных масштабах – это Алтайский край. Но потенциал используется всего на 20- 25%. Что является камнем преткновения? Пресловутый монополизм. Если помните, когда-то на территории Алтайского края было 4 сахарных завода, сейчас остался один. Закрывались они по разным причинам, чаще всего из-за неправильного, неграмотного управления, из-за того, что растеряли сырьевую базу, крестьян своих «не вырастили», как в свое время, 12-15 лет назад, сделал это бывший директор Черемновского завода Вадим Петрович Тяпкин. Он вместе со своей командой очень большие усилия приложил для того, чтобы поддержать свеклосеющие хозяйства, сохранить их. Привёз технологии бестяпочной обработки свеклы с помощью средств химизации. Выстроил всю цепочку от поля до мешка сахара. Заслуга этого человека состоит в том, что он смог завод сохранить, когда собственники трёх других заводов это всё дело растеряли. Таких людей, как Вадим Петрович, наверное, в нужный момент в нужном месте не оказалось. А потом, когда собственники Черемновского завода поменялись, – а они, приняли завод в довольно неплохом состоянии, с сырьевой базой, – оставшись одни, монополистами, начали потихоньку закручивать гайки всем остальным фермерским хозяйствам. Мы, в частности, 5 лет назад бросили заниматься сахарной свеклой по этой причине. Надоело кормить монополиста.

- В прежние годы, насколько я припоминаю, ведь очень много районов занималось сахарной свеклой, а сегодня осталось всего 4-5 районов.

Посевы сахарной свеклы в Алтайском крае в 60-70 годы доходили до 65 тыс. га, сейчас – около 20 тыс. га. Время прошло, изменились технологии, соответственно увеличилась урожайность в два-три раза. У нас есть замечательные свекловоды на территории Ребрихинского района, такие как крестьянское хозяйство «Крок» Юрия Александровича Рябинина, КФХ Бакушкина Юрия Александровича, которые получают вполне европейские урожаи по 600-800 центнеров сахарной свеклы с гектара. Раньше о таких урожаях приходилось только мечтать.

- А насколько для Вас пшеница является важной культура? Как вообще фермеры в нынешних условиях оценивают ее перспективу? Останется она ведущей культурой в крае?

Я за всех фермеров говорить не могу, скажу за себя. Когда-то, лет 25-30 назад, на закате советской власти, структура посевов в Алтайском крае было примерно такой: 70% занимали злаковые культуры, из них 70% занимала пшеница. То есть половина посевов (49%) в Алтайском крае приходилось на пшеницу. Это было связано с тем, что был высокий и устойчивый спрос, множество предприятий животноводческой отрасли работало. Когда-то и в нашем хозяйстве около половины посевов занимала пшеница, сейчас из 6,5 тыс. га на пшеницу приходится всего 800 гектар. И дальнейшее увеличение клина пшеницы я не считаю целесообразным, потому что цены на нее непредсказуемы. На сегодняшний день пшеница 3 класса стоит 10000 рублей. Казалось бы, достойная цена. Но эта же пшеница стоит 12-13 тыс. рублей в портах. Цена пшеницы 4 класса, фуража, 6000 рублей. А дизтопливо сегодня стоит уже 49500 рублей. Это такой диспаритет цен! Я не думаю, что какой-то еще крестьянин в мире может это вынести. Только сибирский крестьянин! Мы ждем, надеемся на какие-то решения. Здесь вопрос уже не к нам, и не к переработчикам, нечего нам на них обижаться. У них тоже ситуация не сладкая: мука по весне 9 рублей стоила. При такой цене не могут они нам 9-10 тыс. рублей за тонну зерна платить. Всё упирается в пресловутую транспортную составляющую.

- Буквально 3-4 года назад краевые власти заявляли о своем стратегическом плане выращивать на Алтае к 2020 году 7 млн тонн зерна. Как Вы считаете, насколько такие планы сегодня жизнеспособны?

Я думаю, это просто необходимо делать. Правильный план, но только нужно обеспечить соответствующей инфраструктурой и принять соответствующие решения и на государственном, и на краевом уровнях. Потенциал нашей пашни позволяет это делать. Есть технологии. Могу назвать фермеров, которые достигли очень высоких результатов: и 40, и 50, и даже 60 центнеров с гектара яровой пшеницы намолачивают сейчас. Вопрос упирается во что? Сейчас основные закупщики, которые вывозят зерно за пределы региона, приостановили закупка зерна. По какой причине? Все банально: нет вагонов. Один товарищ, работавший министром транспорта несколько лет назад, принял решение сократить вагонный парк зерновозов, чтобы якобы повысить безопасность, а также загрузить работой предприятия, производящие вагоны, ограничив срок службы вагонов в пределах 20 лет. В США, например, срок службы вагона – 50 лет. Если он проходит техническую экспертизу, пригоден к эксплуатации, этот срок продлевают еще на 10 лет. В Европе срок службы вагонов вообще не ограничен. Если вагон соответствует техническим параметрам безопасности, то он может работать и 20, и 30, и 50 лет. У нас же почему-то ставят телегу впереди лошади. Вопросы экономики, которые должны регулироваться на конкурентной основе, решаются росчерком пера какого-то чиновника, который уже, кстати, не работает. И таких примеров могу привести массу. Если чиновники от лица государства не будут себя так вести безобразно, тогда эти планы достижимы.
Это же очень важная задача, правильно абсолютно поставлена. Единственный источник поступления денег на Алтай – это продукция сельскохозяйственного производства, в т.ч. зерно. И поэтому со стороны, допустим, краевой власти было большой глупостью в прошлом году не бороться и не включить Алтайский край в список 13 регионов, которые вывозят зерно за пределы субъекта федерации по льготным тарифам. Мы очень много потеряли! Получили обвал цен на рынке зерна еще и по той причине, что государство попросту отказалось от проведения зерновых интервенций, которые обязано было проводить в соответствии с законом о развитии сельского хозяйства. Они просто бросили крестьян на произвол судьбы, тем самым отстранились от решения наиважнейших проблем!
Мы тоже хотим жить нормально, чтобы наши дети здесь оставались, чтобы развивалась социальная сфера. Мы свое будущее видим в Алтайском крае. Мы же не бежим никуда, не вывозим капиталы за рубеж, в оффшорах их не прячем. Мы являемся малым бизнесом, который на словах все поддерживают, и хотим, чтобы действительно, на самом деле, все эти хорошие слова воплощались в жизнь.